Константинов Евгений Михайлович Скачать все книги 35 Количество книг

«ИСКАТЕЛЬ» — советский и российский литературный альманах. Издаётся с 1961 года. Публикует фантастические, приключенческие, детективные, военно-патриотические произведения, научно-популярные очерки и статьи. В 1961–1996 годах — литературное приложение к журналу «Вокруг света», с 1996 года — независимое издание.

В 1961–1996 годах выходил шесть раз в год, в 1997–2002 годах — ежемесячно; с 2003 года выходит непериодически.

Ихтиандр возвращается. Его раны затянулись. Но он до сих пор помнит, как жесток мир за пределами океана. Пока «морской дьявол» жив, он не потерпит несправедливости. Даже если на его пути появится заклятый враг…

Виктор Кармазов, мечтающий стать художником, устроился работать инкассатором. Один из клиентов дарит ему блокнот и просит отобразить в нем сцены из написанного им детектива. Виктор читает рукопись, делает в блокноте зарисовки карандашом и вскоре замечает, что персонажи на страницах «оживают», и сюжет меняется. Вскоре выясняет, что блокнот обладает и другими чудесными свойствами: с его помощью Виктор может «дублировать» в любом месте нарисованных им людей, получает способность переноситься в свою юность. Между тем на инкассаторскую машину совершено нападение, похищена крупная сумма денег…

Что страшнее – провалиться на экзаменах по магической рыбалке или струсить перед лицом опасности, грозящей уничтожением всего мира? Способен ли благородный эльф оказаться предателем, а омерзительный гоблин – другом? Не спасует ли в самый ответственный момент умудренный опытом декан факультета рыболовной магии? На чьей стороне окажутся ведьмы и вампиры, могучие тролли и щуплые с виду лекпины, коварные русалки и загадочный серебристый рыбодракон? И, самое главное, сбудется ли древнее Пророчество о спасении цивилизации двенадцатью Избранными?!

Бывший советский пограничник, а ныне журналист Павел Балашов получил предложение от некоего Белявского организовать рыболовную экспедицию в Хабаровский край. Павел с радостью согласился. Ведь в прошлом году он поймал в тех краях огромного тайменя. Правда, заказчик оказался с сюрпризом. Мало того что он был сотрудником КГБ, так еще, как выяснилось, интересовали его отнюдь не таймени. Однако отступать было поздно, и Павел, сам того не подозревая, вовлекается в головокружительные приключения, где перемешались инопланетяне, динозавры, андроиды и другие миры…

У инкассатора Сергея Костикова появляется чудесная способность «оживлять» пластилиновые фигурки размером с мизинец, которые он лепит своими руками. С этих пор все свободное время скульптор посвящает созданию новых миниатюрных живчиков и наблюдению за их жизнью. Но не напрасно его профессия считается опасной – инкассаторский маршрут Сергея подвергаются нападению. Похищены ценности, есть жертвы… Чтобы доказать непричастность к преступлению, скульптор прибегает к помощи живчиков.

«…Лодка завернула за поворот и едва не столкнулась с катером рыбинспекции, с тем самым инспектором. Еще один катер, врезавшийся в дощатый пирс, полыхал красным пламенем. Откуда-то доносилось истошное: «Помогите!»

Андрей перевел взгляд на бездействующего инспектора, вздрогнул и резко отвернулся. Разглядывать перекошенное гримасой боли лицо не было никакого желания. Он развернул лодку, чтобы оказаться спиной к инспектору, но все-таки оглянулся. Вместо лица вновь увидел маску вылезшего из могилы зомби. Инспектор начал медленно заваливаться на бок, фуражка съехала с его головы и упала за борт. Затем от головы отвалился кусок плоти, обнажив белую кость черепа…»

«…Невеста, в колышущейся на ветерке фате, закрыв лицо руками, стояла на самом краю мостка, а опустившийся на колени жених, приподнял подол белоснежного платья, склонился к ее ногам и… Быть может, принялся их целовать?

В наступившей тишине до меня донеслось отчетливое „Хрум-хрум-хрум…“

Не отрывая взгляда от оригинальной парочки, я протянул руку назад, наткнулся на банку пива, машинально схватил ее и сделал два торопливых глотка. Отставил банку в сторону, дотянулся до рюкзака, нашарил в кармане бинокль… И вот тут-то жених отпрянул от своей куколки, плавно развернулся и бочком соскользнул с мостка в воду…»

«…Максим сразу бросился к своему ящику за багориком, а я к Сашке побежал. Вижу — тащит он что-то тяжелое.

— Не торопись, Александр, — говорю я ему. — Сейчас Макс багор принесет, подмогнем.

А Сашка, может, и рад бы поторопиться, да не может. Медленно-медленно подтащил он свою добычу ко льду, а завести в лунку не получается. Тогда он, не дожидаясь Максима, держа левой рукой натянутую леску, окунул правую в лунку. И тут же заорал благим матом! Я даже вздрогнул от неожиданности и успел подумать, что, скорее всего, укололся окуневым плавником. Сашка же, не переставая орать, вытащил руку из лунки, и мы с подбежавшим Максимом увидели, что на пальцах его висит что-то непонятное, черное…»

«…Кажется, берег чем-то изменился, но заострить на этом внимание не получилось, — отвлек мощный всплеск и окативший рыболова фонтан брызг. Павел машинально вытер лицо рукавом, проморгался и увидел прямо напротив себя выходящую из реки обнаженную девушку. Она смотрела ему в глаза, улыбаясь и в то же время морщась. Почему девушка морщится, сразу стало понятно — из ее левой груди, прямо из соска, насквозь пробитого рыболовным крючком, шла кровь. Так вот, значит, кто оказался его трофеем!»…

«…Барахтавшемуся в воде спиннингисту приходилось нелегко. Без помощи со стороны на спасение можно было даже не надеяться. Сцепленная тройниками с его рукой, беснующаяся щука тянула в глубину. С такой ношей самостоятельно забраться на лодку казалось нереальным. До ближнего берега — метров тридцать, даже не до самого берега а до густой стены камыша, через которую еще продираться и продираться…»

«…Когда собака подошла к ним совсем близко, те, как по команде, нагнулись за твердыми снежными комками. И почему-то как раз в этот момент льдина, до сих пор казавшаяся прочной, вдруг треснула по дуге, отделив двух рыбаков от основного льда, и сразу раскололась на мелкие кусочки. Люди ухнули в воду, подняв фонтан брызг, окунулись с головой в неожиданно жуткий холод и вынырнули через бесконечно долгие секунды с сумасшедшими растерянными глазами…»

«…Была и еще одна причина, благодаря которой он упорно продвигался дальше. В который уже раз Федор пытался отыскать Медвежий череп. Так назывался остров, о котором ему рассказал ефрейтор Латышев незадолго до ухода на дембель. По словам Латышева, на этом, затерянном среди множества озер, острове хранился череп медведя, обладающий некими сверхъестественными свойствами. Что это за свойства не знал ни Латышев, ни его предшественник, тоже ефрейтор, так же рассказавший ему легенду, перед самым дембелем. Легенда передавалась из уст в уста много лет, но Медвежий череп до сих пор никто не нашел…»

«…Метла подпрыгнула, и лосось затрепыхался на натянутой леске. Ловить таких громадных рыбин Грибо еще не доводилось. Но не это было его Великой мечтой. Нет, Грибо не врал магистру Пропсту, говоря, что мечтает порыбачить в краепаде. Он просто умолчал, что главной его целью было поймать Великого А'Туина — Вселенскую Черепаху, на панцире которой стоят четыре огромных слона, на спинах которых покоится диск Плоского мира!..»

«…Наше внимание привлек бегущий по еще не скошенному полю здоровенный мужик в цветастой рубашке и вязаной шапочке с болтающейся кисточкой. Он даже не бежал, а как-то картинно подпрыгивал, размахивая руками и, кажется, намереваясь выскочить на дорогу раньше, чем мы проедем мимо. Мужик успел, и мы увидели, что из одежды на нем еще и цветастые семейные трусы, обувь же, как таковая, отсутствует.

— Чего ему надо-то? — на всякий случай, притормаживая, спросил Миха.

— Может, попросит подвезти? — пожал я плечами.

— Не думаю, — сказал водила.

Вообще-то, чтобы попросить машину остановиться, бывает достаточно просто проголосовать. Вместо этого верзила зачем-то схватился одной рукой за автомобильную антенну, а другой, словно пугая ребенка, что забодает, сделал Михе „козу рогатую“…»

«…Я же, не испытывая ничего, кроме печали об ушедшем лете, с утра пораньше, оседлал свой велик и отправился прощаться с любимым городом. Маршрут особо не выбирал, ехал, куда руль повернет, благо, спешить было некуда. Через некоторое время руль повернул к одному из перекрестков, который украшала колонка с питьевой водой. И нельзя сказать, чтобы меня особо мучила жажда, но я как-то само собой остановился, спешился, надавил на туго сопротивляющуюся ручку колонки и подставил рот под вырвавшуюся из недр водопровода мощную струю холодной, слегка отдающей ржавчиной воды.

Вот тут-то все и случилось…»

«…Ольга, не успевшая еще прийти в себя от пережитого волнения, вдруг услышала сзади шорох. Обернувшись, она увидела мужчину в сером спортивном костюме, с обрюзгшим, чем-то напоминающим бульдожью морду, лицом. Налитые кровью глаза, короткий, с открытыми ноздрями нос, отвислые щеки и большой рот с выступающей нижней челюстью, производили очень неприятное впечатление. Почувствовав недоброе, девушка покрепче сжала спиннинг и отступила к реке…»

«Павел не ожидал, что все окажется так просто.

Перелез через забор, перешагнул через пару грядок с клубникой, постучался в окошко… и ставни сразу распахнулись. Показавшаяся в проеме Маша, приложила свой тонкий пальчик к губам, им же недвусмысленно поманила Павла. Еще сегодня утром он мог об этом только мечтать.

Бесшумно залезть в окно было делом трех секунд. Девушка так же бесшумно притворила окошко и задернула его тюлевой занавеской, сквозь которую лунный свет хорошо освещал маленькую, скромно обставленную комнатушку…»

«…— Сиди, клиент, — Ольга недвусмысленного направила на рыболова ружье.

— Оборзела! — взорвался тот. — Думаешь, я про твои выходки не скажу Борису Николаевичу? А ну, дай сюда!

Дмитрий попытался вырвать ружье, но лодочница больно ударила его по руке и тут же, сделав выпад, ткнула концом ствола ему в грудь. Толчок оказался настолько сильным, что Дмитрий потерял равновесие, схватился за невысокий борт, но все равно кувыркнулся в воду. Когда вынырнул, лодка покачивалась от него в полутора метрах.

— Стерва! — выплюнул он попавшую в рот воду и быстро погреб к лодке.

Но в это время заработал мотор, и лодка отдалилась еще метров на пять.

— Ты меня не догонишь, — нагло сообщила сидящая на корме Ольга. — Назад плыви, к острову. А то утонешь…»

«…Сергей Нестеренко исчез. Испарился из закрытого помещения с зарешеченным окном, оставив на полу свою безразмерную одежду, ботинки, пистолет, ключи от сейфов…

Я должен был сменить Нестеренко на посту дежурного по инкассации в десять утра, но звонок перепуганного начальника заставил примчаться на работу ни свет ни заря. Я подошел к зданию банка одновременно с приехавшим нарядом милиции, вместе с ними слушал сбивчивый рассказ охранника о ночной вахте, вместе осматривал дежурку, сейфы с оружием и пустыми инкассаторскими сумками. Все было нормально, ничего не пропало. За исключением самого дежурного…»

«…Теперь, так сказать, к сути. Многовато на страницу текста рыболовной терминологии. Если никому из любителей фантастики не надо объяснять, что такое бластер, то, к примеру, „воблер“ для большинства абсолютно неизвестный термин. Напиши ты это слово в рыболовном журнале — у читателей вопросов бы не возникло, а тут… Но надеюсь, на завтрашнем рыболовном мастер-классе Павел разъяснит нам, что это за штуковина — воблер.

Пойдем дальше. То, что Павел описывает как скальпирование, по результату напоминает обезглавливание и поэтому слабо коррелирует с процессом рыбной ловли, с которым сравнивается.

Ну а такой ход, как пришельцы погибающие от воды — стар как мир…»

«…Мне никогда не нравился принцип «поймал — отпусти», о котором все чаще стали упоминать в рыболовных журналах, а тут — на тебе! И ведь не какую-нибудь краснокнижную рыбу она отпустила, не берша или синца, запрещенных к вылову в Подмосковье, а обычную плотву, которую было бы неплохо почистить и поджарить на сковородке с лучком, да еще и залив куриным яйцом…»

«…И тут, глядя, как почти полностью обнаженная Ирочка, поставив одну ногу на ящик и уперев руку в бок, делает вид, что пьет водку из горлышка бутылки, Сергей с ужасом вспомнил, что после того, как она днем на улице точно в такой же позе выпила из горлышка несколько маленьких глотков коньяка… После этого она откусила и съела мерзлый налимий плавник!

Сергей рванулся к Ирочке, но она уже, подобрав с пола вещи, убегала за кулисы под одобрительные крики и гром аплодисментов — собравшиеся в зале рыбаки были в полном восторге. Он побежал за ней, но за кулисами, как и вчера, наткнулся на охранника Петра. Что-то объяснять ему было бесполезно, и Сергей, не раздумывая, врезал Петру кулаком в солнечное сплетение…»

«…— Ну, вот, — удовлетворенно сказал художник, после чего взял и перевернул картину на сто восемьдесят градусов.

Зачем он это сделал, было непонятно. Впрочем, у художников случаются свои причуды, они, мол, и видят по-другому. Может, в рисунке заложен какой-нибудь секрет, фокус? Я постарался вглядеться в пейзаж, который он отобразил на холсте, и вдруг со всей отчетливостью понял, что там что-то сильно изменилось. Перевел взгляд на перевернутую картину, рисунок на которой должен был бы оказаться вверх ногами. Но почему-то в рисунке перевернулось только то, что было выделено золотистыми линиями, что было внутри треугольника! А все, нарисованное вокруг треугольника, словно бы и не переворачивалось. Но это оказался далеко не весь фокус…»