История. География. Этнография Скачать все книги 48 Количество книг

Станислав Чернявский

Митридат Великий, «последний эллин»Станислав Чернявский

Героя этой книги — понтийского царя Митридата VI Эвпатора — называли самым опасным врагом римлян со времен Ганнибала. Царь карликовой причерноморской страны бросил вызов громадной Римской державе и нашел немало сторонников в эллинистическом мире. Ему открывали ворота Пергам и Афины, Пантикапей и Неаполь Скифский. Его союза искали отложившийся от Рима полководец Серторий в Испании и вождь восстания рабов Спартак — в Италии. Митридат вновь и вновь переходил в наступление, мечтал о походе на Рим и потерпел поражение лишь после сорокалетней войны, ввиду огромного неравенства сил. Когда римляне узнали о его смерти, они, по словам Плутарха, радовались так, «будто в лице Митридата погибли десятки тысяч врагов». Мелкий царек на краю ойкумены, он прославился наравне со своими великими современниками Суллой, Цезарем, Помпеем и Клеопатрой. Однако популярная биография Митридата до сих пор не была написана. Книга историка и писателя Станислава Чернявского восполняет этот пробел.

Эта книга посвящена сложной и деликатной сфере — сотрудничеству разведки и священнослужителей различных конфессий. В ее основу легли документы ЦРУ, которое в 2016–2017 годах опубликовало почти 13 миллионов страниц рапортов, оперативных сводок, аналитических докладов и т. п. Автор также использовал рассекреченные материалы ФБР, Корпуса военной контрразведки армии США, Королевской тайной полиции Канады, Особого архива Литвы и румынской Секуритате. Большой интерес — особенно в условиях закрытости архивов российских спецслужб — представляют донесения советской разведки, перехваченные американцами в рамках проекта «Венона» в 1943–1980 годах, и так называемые Тетради Васильева — конспекты, сделанные в архивах КГБ и затем вывезенные на Запад. Можно утверждать без боязни ошибиться: читателя в этой увлекательной книге ждут неожиданные открытия.

Алексей Казаков — писатель, один из авторов ежемесячника «Совершенно секретно». В издательстве «Ломоносовъ» выходила его книга «Шпионаж под сенью муз».

Русская Америка  — Аляска, Алеутские острова, часть Верхней Калифорнии — на протяжении сотни с лишним лет была частью Российской империи. На северо-западных окраинах Нового Света одно за другим возникали поселения, куда со всей России переселялись русские люди. Это были государевы служащие, посланные блюсти российские интересы, охотники, промышляющие морского зверя, купцы, мореходы, миссионеры, беглые крепостные и просто искатели приключений. В 1867 году Россия продала свои владения Соединенным Штатам, но до сих пор у эскимосов Юго-Западной Аляски встречаются русские имена, а русский человек на их языке называется «гуссук-пиак»  —  «истинно белый», в отличие от американца  —  просто «гуссука»…

О том, как русские открыли, осваивали, но не смогли удержать далекую заокеанскую землю, рассказывает книга ведущего отечественного специалиста по истории Русской Америки профессора Светланы Федоровой.

В этой книге собрано практически все, что известно о великом князе киевском Владимире Всеволодовиче Мономахе, — о том, каким его представляли современники и как оценивали ближайшие потомки. Государственный деятель, военачальник, талантливый писатель, он прекратил княжеские междоусобицы и, собрав в руках своей семьи значительную часть русских земель, выступил объединителем Руси. Отчасти именно это послужило причиной того, что имя Владимира Мономаха стало краеугольным камнем идеи «перенесения империи» на Русь, а сам он — частью политического мифа, формирование которого началось еще при его жизни на страницах древнейшей русской летописи — «Повести временных лет», составленной в 1116 году, — и продолжилось в XIII — XVI веках. Историк Дмитрий Боровков, критично подходя к сведениям, которые содержатся в летописях, сделал попытку выявить мотивы, которые влияли на создание летописного образа Владимира Мономаха, и тем самым воссоздать его подлинный облик.

Расположенный на пересечении торговых путей, Великий Новгород с древности находился в поле пристального внимания европейцев. До начала XVIII века в Европе о нем знали больше, чем о любом другом русском городе, исключая разве что Москву, и эти сведения отразились в многочисленных сочинениях. Взгляд европейцев был в целом пристрастен, они подмечали прежде всего культурные отличия русских, все парадоксальное, экзотическое, что полагалось ожидать от народа, считавшегося варварским. Но для нас важно, что при этом иностранные наблюдатели обращали внимание на те явления обыденной жизни, над которыми живущий этой жизнью человек обычно не задумывается. Благодаря их свидетельствам мы можем более зримо представить будни русского человека прошлых веков, увидеть детали, плохо различимые в дымке времени. А кроме того, всегда полезно посмотреть на себя со стороны.

Геннадий Коваленко — кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник Санкт-Петербургского института истории РАН.

Родственные племена, говорившие на германских языках, к началу нашей эры занимали обширную территорию между Рейном и Вислой, Дунаем и северными морями. Постепенно набирая силу, они в конце концов послужили основой для формирования многих европейских наций. В настоящее издание вошли наиболее значимые сведения о древних германцах из античных источников – «Записок о галльской войне» Гая Юлия Цезаря, «Географии» Страбона, «Римской истории» Плиния Старшего, сочинений Тацита, Плутарха, Аппиана, Аммиана Марцеллина и других, – которые подробно описывают нравы германских племен, их общественное устройство и способы ведения войны. Выстроенные в хронологической последовательности, фрагменты повествуют о древнейшем периоде в истории германцев – от кимврской войны в конце II века до н. э., когда римляне впервые столкнулись с «северными варварами», до событий II века н. э., предшествующих гибели Западной Римской империи и образованию на ее обломках германских государств.

В книгу вошли две работы выдающегося русского и впоследствии американского византиниста академика Александра Васильева – «Византия и крестоносцы» (1923) и «Падение Византии» (1925). Острый и непредвзятый взгляд, четкий анализ причин развернувшихся событий, обширное привлечение источников – вот отличительные черты его книг. Мы видим, как Византийскую империю постепенно разъедают внутренние противоречия, как ее теснят с запада латиняне во главе с Венецией и с востока – турки, как, наконец, крестоносцы, забыв об Гробе Господнем, поворачивают Четвертый крестовый поход на Константинополь – блестящий город, не знавший себе равных в Европе, овладевают им и на разграбленном пепелище утверждают свое государство. Спустя пятьдесят лет Византийская империя возродилась, но силы ее были подорваны. К 1453 году вся она ужалась до размеров своей столицы, и тогда настал заключительный акт великой исторической драмы – штурм города султаном Мехмедом II и гибель последнего византийского императора Константина XI в рукопашной схватке… Так завершилась тысячелетняя история Византии.

Эта книга рассказывает о полном непростых поворотов, извилистом пути арабов на протяжении без малого восьмисот лет. В центре внимания автора – время расцвета арабомусульманской культуры, пришедшееся на правление Аббасидов, при которых завершился процесс арабизации Сирии, Ирака, значительной части Египта и само понятие «арабы» приобрело новое содержание. Переработав наследие народов Средиземноморья и Древнего Востока, арабы не только усвоили многие их достижения, но и познакомили с ними Западную Европу. Халифат Аббасидов соперничал с Византией, успешно противостоял крестоносцам, но не устоял перед монголами, которые в 1258 году разрушили его столицу Багдад. После этого Аббасиды, потеряв власть, но сохранив титул, оставались халифами при каирских султанах вплоть до середины XVI века, когда на Ближнем и Среднем Востоке окончательно утвердилась власть Османской империи. Исаак Фильштинский (1918–2013) – историк, арабист, доктор филологических наук, профессор МГУ.

Документальные новеллы Петра Черкасова – результат многолетних архивных изысканий.Читателю предстоит узнать много неожиданного. Екатерина II молится о спасении вождя корсиканских мятежников Паоли, Людовик XV тайно отправляет военных советников к Емельяну Пугачеву, чиновник Министерства иностранных дел революционной Франции исправно поставляет шифры и секретные документы своим русским кураторам, герцог де Монтебелло встречается с имамом Шамилем, «Сюрте Насьональ» организует слежку за великим князем Владимиром Кирилловичем… Здесь же портрет человека «поразительных контрастов» Николая I в депешах французских дипломатов, рассказ о первом шефе русской внешней разведки, зигзаги судьбы шляпника, ставшего в награду за спасение царя потомственным дворянином и кончившего белой горячкой, подробности покушения в Булонском лесу на русского и французского императоров и многое другое. Петр Черкасов – доктор исторических наук, главный научный сотрудник Института всеобщей истории РАН.

Книга доктора исторических наук, профессора Виктора Бердинских целиком основана на дневниках за 1909 – 1924 годы Нины А – овой, вятской гимназистки, затем петроградской курсистки, затем поэтессы и скромной сотрудницы областной библиотеки. Ее цельная душа наполнена искусством, круг ее интересов – стихи, живопись, музыка. Дневники показывают невероятное богатство сложившейся к 1917 году русской жизни со всеми ее мироощущениями, восприятиями, образом мыслей, отточенной культурой чувств. На их страницах, сохранивших многие детали быта первой четверти XX века, гибким и страстным языком описаны события трагической эпохи. Во время краха родной страны юная девушка сохранила твердость ума и убеждений, искренность и чистоту. Она сумела – с поразительным самоанализом – запечатлеть поток времени, проходящий через ее душу, хотя, конечно же, не думала об этом, не помышляла о постороннем читателе и нимало не ценила свои закрытые для чужих глаз дарования.

Владислав Ходасевич (1886–1939) – особая фигура в русской литературе. При жизни он не занял подобающего места в отечественной поэзии, ибо был, по словам Нины Берберовой, «поэтом без своего поколения». И хотя со временем стало ясно, что Ходасевич – это прочное звено в традиции, берущей начало от Пушкина, «поэтическое одиночество» наложило отпечаток на его талант и, может быть, стало одной из причин того, что в последнее десятилетие жизни он вообще не писал стихов. Но при этом Ходасевич стал ведущим литературным критиком русского зарубежья и в мемуарах рассказал о своей эпохе так, как более не сумел никто. И вот мы видим, как голодные писатели, цвет русской литературы, ради пайка перебирают бумажки в большевистских канцеляриях, как Ахматова, вдруг получившая полпуда селедки, пытается торговать ею на рынке, как пребывает в сомнениях, возвращаться или нет в Россию, Горький, как одна из муз Серебряного века Мариэтта Шагинян интригует, дабы выселить из Дома искусств вдову только что расстрелянного Гумилева и вселить в ее комнаты своих родственников… Признающий только правду, стремящийся к документальной точности и в то же время блестящий стилист, тонкий, во многом ироничный, – таким Ходасевич предстает в своих воспоминаниях.

Нет, это вовсе не кулинарная книга, как многие могут подумать. Зато из нее можно узнать, например, о том, как Европа чтит память человека, придумавшего самую популярную на Руси закуску, или о том, как король Наварры Карл Злой умер в прямом смысле от водки, однако же так и не узнав ее вкуса. А еще – в чем отличие студня от холодца, а холодца от заливного, и с чего это вдруг индейка родом из Америки стала по всему миру зваться «турецкой птицей», и где родина яблок, и почему осетровых на Руси называли «красной рыбой», и что означает быть с кем-то «в одной каше», и кто в Древнем Египте ел хлеб с миндалем, и почему монахамфранцисканцам запрещали употреблять шоколад, и что говорят законы царя Хаммурапи о ценах на пиво, и почему парное мясо – не самое лучшее, и как сварить яйцо с помощью пращи… Журналист Фаина Османова и писатель Дмитрий Стахов написали отличную книгу, нашпигованную множеством фактов, – книгу, в которой и любители вкусно поесть, и сторонники любых диет найдут для себя немало интересного.

Свои загробные миры создавали все народы, когда-либо населявшие Землю, и ныне в них насчитывается более ста миллиардов жителей. В те времена, когда живые еще не смели мечтать о выходе в космос, умершие уже осваивали – наряду с подземным пространством – небо и далекие звезды. География потустороннего мира сложна, животный и растительный мир разнообразен, а история насыщена войнами, революциями и борьбой за власть. Вот только сношения с ним несколько затруднены, хотя Одиссей и Брендан доплывали до него на своих кораблях, Данте Алигьери, посетив его, оставил отчет в стихах, а некоторые властители отправляли туда послов, и, как утверждается, не без успеха. Авторы, работающие под псевдонимом Олег Ивик, соприкоснулись с изучением мира мертвых, работая в археологических экспедициях; кроме того, они изучили множество текстов разных времен и народов. Результатом их изысканий стало историко-географическое исследование загробного мира с древнейших времен до наших дней.

В середине XIII века на землях нынешних Литвы и Беларуси возникло Великое княжество Литовское, которое, понемногу увеличиваясь княжество в размерах, заняло обширную территорию от Балтийского до Черного моря. На протяжении трех веков оно было главным соперником Русского государства в борьбе за господство в Восточной Европе. Великое княжество Литовское испытало все новые европейские веяния: Возрождение, Реформацию, цеховое производство, Магдебургское право. На его землях была реализована давняя мечта христиан: уния католичества и православия, а потом и само оно мирно объединилось с Польшей в единое государство – Речь Посполитую, основой существования которой было уникальное явление – шляхетская демократия. Но то, что с высот нашего времени кажется несомненным достоинством, обернулось для Речи Посполитой гибелью: вольности шляхты привели к ослаблению государственной власти и потере управления страной. Этим воспользовались соседи Речи Посполитой и растащили ее на куски. К 1815 году вся территория Великого княжества Литовского вошла в состав Российской империи…

В книге Валерия Ярхо, охватывающей без малого три века, со времени правления Василия Темного до начала преобразований Петра I, собран богатейший — и в значительной части редкий — материал об иностранцах, которые прибывали на русскую службу. Итальянцы, немцы, голландцы, греки, англичане и шотландцы, шведы, представители других европейских и неевропейских народов ехали в Московию, привлеченные слухами о щедрости здешних правителей. Встречались среди них зодчие, книжники, врачи, актеры, но еще больше было военных и всякого рода искателей приключений, вплоть до самых настоящих пиратов, которые промышляли с каперским свидетельством, выданным Иваном Грозным. Одни, хорошо нажившись на русской земле, отбывали восвояси, другие, наоборот, оседали здесь навсегда, пускали корни и до конца верно служили своей новой родине, а потомки их уже были русскими по культуре, языку и обычаям.

Валерий Ярхо — историк, автор нескольких книг. В 2013 году в издательстве «Ломоносовъ» вышла его книга «Из варяг в Индию».

Иллюстрированная книга о жизни шведов в Санкт-Петербурге представляет собой богатейшее собрание ценных исторических свидетельств, кропотливо собранных доцентом кафедры славистики Стокгольмского университета Бенгтом Янгфельдтом. Умное, увлекательное и иногда очень печальное повествование о жизни шведской колонии пестрит яркими именами: Альфред Нобель, Сельма Лагерлёф, Свен Хедин, Ларс Магнус Эрикссон… — их жизнь предстает перед нами в новом свете. Книга Янгфельдта многое ставит на свои места после почти векового забвения вклада шведов в строительство имперской столицы.

Издание рассчитано на широкий круг читателей, интересующихся историей взаимоотношений России и Швеции.

Английская монархия существует уже много столетий, пережив и промышленное могущество страны, и ее колониальное величие, и грозные войны, и шумные скандалы. Среди английских королей и королев были умершие в детстве и дожившие до глубокой старости. Были великие и ничтожные, святые и грешники, отважные и малодушные, умные и не совсем. Были англосаксы и датчане, французы и немцы. Объединяет их только одно — все они правили на английской земле, невероятно богатой всевозможными традициями и преданиями, и сами становились героями этих преданий. Книга историка Вадима Эрлихмана рисует портреты двенадцати английских монархов, наиболее рельефно представляющих свою эпоху, — от легендарного Артура до ныне царствующей Елизаветы II. Автор повествует об их разнообразных деяниях, личной жизни, вкусах, привычках, увлечениях и попутно рассказывает немало интересного о других правителях Англии и, разумеется, о насыщенной событиями истории Британских островов.

Киммерийцам и скифам, властителям причерноморских степей на протяжении большей части первого тысячелетия до н.э., посвящена книга выдающегося отечественного ученого Михаила Артамонова. Вторжение через Босфор библейского народа «гомер» — киммерийцев, по пути сокрушивших Фригийское царство, всколыхнуло Малую Азию. Следом за ними, «отстав» на несколько десятков лет, явились туда же, обойдя Черное море с востока, скифы и вступили в соперничество с могущественной Ассирией; спустя девяносто лет они вернулись домой, в Северное Причерноморье, но еще по меньшей мере три века влияли на мировую политику. По крупицам, основываясь на данных археологии, отрывочных сообщениях ассирийских и греческих источников, исследованиях лингвистов, М. Артамонов реконструирует историю киммерийцев и скифов, их происхождение и взаимоотношения, их постепенное исчезновение, растворение среди других племен и народов.

Михаил Артамонов (1898-1972) — историк и археолог, директор Государственного Эрмитажа в 1951-1964 годах.

В этой книге мирно уживаются художники разных времен и направлений — в одном ряду с Веласкесом и Рембрандтом стоят Шагал и Серов, Веронезе и Зверев, безвестный автор рисунков в пещере Альтамира и Айвазовский, Вермер и Кустодиев, братья ван Эйк, Пьеро делла Франческа, Джорджоне, Хале, Левитан, Репин, Малевич, Модильяни, Матисс… Ирина Опимах избегает рассуждений об особенностях композиции, характере мазка, стилистических тонкостях и вообще обо всем том, о чем пишут искусствоведы в серьезных научных трудах. Она рассказывает прежде всего о судьбах великих творений, о художниках и временах, в которые они жили, о моделях, которые их вдохновляли. И оказывается, что у каждой картины, ставшей классикой мирового искусства, не только была, но и по сей день продолжается своя, особенная, жизнь — порой с лихо закрученным сюжетом, в котором высочайшим взлетам человеческого духа сопутствуют безумные авантюры, любовные драмы, алчность и предательство…

Коллекционер Владимир Печенкин написал весьма любопытную книгу, где привел множество интересных фактов и рассказал по водочным этикеткам историю русской водки после 1917 года. Начавшись с водок, чьи этикетки ограничивались одним лишь суровым указанием на содержимое бутылки, пройдя через создание ставших мировой классикой национальных брендов, она продолжается водками постсоветскими, одни из которых хранят верность славным традициям, другие маскируются под известные марки, третьи вызывают оторопь названиями и рисунками на этикетках, а некоторые — нарочито скромные в оформлении — производятся каким-нибудь АО «Асфальт»… Но как бы то ни было, наш национальный напиток проник по всему миру, и дошло до того, что в США строятся фешенебельные отели по мотивам этикетки «Столичной», на которой, как мы знаем, изображена расположенная в центре российской столицы гостиница «Москва».

Среди героинь этой книги великая княгиня Ольга и императрица Ека­терина II, французская королева Анна Русская и императрица «Священной Римской империи» Евпраксия, предшественница декабристок графиня Екатерина Головкина и прототип «Пиковой дамы» —княгиня Наталья Голицына, артистки императорских театров Елизавета Сандунова, Екатерина Семенова и Авдотья Истомина, красавицы пушкин­ского круга Анна Керн и Александра Смирнова-Россет, первая любовь Лермонтова —Наталия Иванова...

Писатель и историк Владислав Петров собрал воедино факты, прежде разрозненные и известные только специалистам, и по-новому взглянул на хрестоматийные образы знаменитых русских женщин.

Первые свидетельства о мифических животных относятся к эпохе верхнего палеолита - именно в это время художники начинают рисовать их на стенах пещер. О фантастических существах писали древние авторы, их «встречали» во время своих странствий путешественники и паломники. В средние века их охотно изображали геральдисты и описывали в своих бестиариях литераторы. Потом интерес к мифическим животным упал, да и «встречаться» с ними людям приходилось все реже - лишь моряки порой видели их выходящими из морской пучины. Но двадцатый век неожиданно всколыхнул увлечение существами, которые давно канули в Лету. Биологи придумали специальный термин «мифозои» и стали с увлечением изучать их особенности.

 О мифических животных, их взаимоотношениях с людьми и об истории их изучения рассказывает новая книга Олега Ивика.