Довлатов Сергей Скачать все книги 86 Количество книг

За три с половиной десятка лет – с тех пор, как произведения Довлатова оказались доступны русским читателям, – он стал едва ли не самым популярным русским писателем ХХ века.

«Сергей Довлатов: время, место, судьба» – первая и пока единственная книга, в которой осмысляются ключевые вопросы его биографии и творчества. Книга известного литературоведа и критика Игоря Сухих выдержала уже несколько переизданий и считается классической работой о Довлатове. Адресованная широкому кругу читателей, написанная легко и интересно, она дает нам новый опыт прочтения любимых произведений, помогает понять литературный и исторический контекст довлатовской прозы и ее внутренние законы.

Проза Довлатова обманчиво проста. Даже поклонникам писателя вспыхнувший в начале 1990-х годов интерес к наследию «последнего культурного героя советской эпохи» (так называли Довлатова критики) казался быстротечным. Выдержав серьезную проверку временем, его произведения («Зона», «Заповедник», «Наши», «Иностранка», «Чемодан» и др.) и сегодня востребованы читателями. В чем же секрет мастерства Довлатова – поможет разобраться эта книга.

Издание снабжено вклейкой с фотографиями.

Майя Богданова – журналист, редактор, автор двух книг по копирайтингу. Руководит «Школой контента» и выступает на мастер-классах, тренингах по темам «Контент-стратегия», «Основы копирайтинга», «Вирусные тексты».

В этой книге собраны 99 самых эффективных приемов текстового влияния. Как сделать так, чтобы ваши посты продавали, письма убеждали, лонгриды увлекали, а статьи попадали в самое сердце – объясняет один из самых опытных копирайтеров России Майя Богданова. В основе предлагаемых ею приемов лежат принципы психологии влияния, НЛП-техники, наработки известных копирайтеров и другие способы воздействия на сознание читателя. Каждая из глав посвящена одному инструменту текстового влияния. Поэтому их можно читать в любом порядке, как подряд, так и исходя из конкретной задачи, требующей быстрого решения.

Cохранен издательский макет.

Эта книга – сборник из 55 целительных сказок, написанная психологом-психоаналитиком Татьяной Васильевой. Универсальные истории, небольшие, но многогранные, как призма, направляют фокус внимания, неожиданно превращаясь в ваш личный фонарик. На что укажет свет сегодня? А через месяц? Или спустя год? Проверить можно только самостоятельно.

Благодаря тонким литературным метафорам вы обретете новые смыслы о Жизни, о Любви, о Поиске себя. Именно сказкотерапия станет надежным и вдохновляющим попутчиком в путешествии к Самопознанию.

– 55 сказок.

– 5 слов-ассоциаций.

– 5 идей для личной сказки.

В работе с клиентами автор обращала внимание на слова, связанные с жизненными ситуациями клиентов. Эти слова-ассоциации легли в основу сказок, а также станут мостом между вашей личной историей и коллективным опытом человечества. А мосты весьма полезны в Пути.

Есть ли правила чтения терапевтических сказок?

Правило одно: делайте так, как хочется!

В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Миром правят не деньги, а истории. О биткоине, который стоит тысячи долларов, потому что люди в него поверили. О компаниях-гигантах, которые «не могут» обанкротиться. О ценах на акции, которые «обязательно» обвалятся в следующем месяце.

Роберт Шиллер первым обратил внимание на то, что экономические модели на базе вирусных историй – нарративы – получаются более точными. И получил за это Нобелевскую премию. Согласно его теории, благодаря изучению историй, подкрепленных верой людей и принимающих форму «информационной эпидемии», можно строить более точные прогнозы. Такие прогнозы способны подготовить человечество к экономическим потрясениям и уменьшить их потенциальный ущерб.

Именно об этом и рассказано в «Нарративной экономике».

Роберт Шиллер – американский экономист, профессор экономики Йельского университета, лауреат Нобелевской премии по экономике за 2013 год, автор бестселлеров New York Times.

Сергей Довлатов – один из самых популярных и читаемых русских писателей конца ХХ века, и он «обречен» оставаться таким еще долгое время. Его произведения – та самая великая классика, которая, при всей своей значимости, остается интересной и близкой читателям, независимо от возраста, национальности, эрудиции или, говоря словами самого Довлатова, «степени интеллектуальной придирчивости». Лев Лосев сформулировал это качество довлатовской прозы так: «Довлатов знал секрет, как писать интересно». В настоящее издание вошли ранние рассказы и повести Довлатова, а также широко известные и любимые произведения: «Зона», «Компромисс», «Наши», «Иностранка» и «Чемодан».

Сегодня Сергей Довлатов – один из самых популярных и читаемых русских писателей конца XX века, и он «обречен» оставаться таким еще долгое время. Его произведения – та самая великая классика, которая, при всем своем масштабе, остается простой, занятной и доступной любому читателю, независимо от возраста, национальности, «начитанности» или, говоря словами самого Довлатова, «степени интеллектуальной придирчивости». Лев Лосев сформулировал это в простейшей фразе: «Довлатов знал секрет, как писать интересно». В настоящей книге читатель найдет замечательные повести «Заповедник» и «Ремесло», записные книжки писателя, а также лучшие рассказы, выбранные самим Довлатовым для своего юбилейного сборника. Все тексты печатаются с учетом последней авторской правки. Содержит нецензурную брань

Сергей Довлатов — один из наиболее популярных и читаемых русских писателей конца XX — начала XXI века. Его повести, рассказы и записные книжки переведены на множество языков, экранизированы, изучаются в школе и вузах. «Заповедник», «Зона», «Иностранка», «Наши», «Чемодан» — эти и другие удивительно смешные и пронзительно печальные довлатовские вещи давно стали классикой. «Отморозил пальцы ног и уши головы», «выпил накануне — ощущение, как будто проглотил заячью шапку с ушами», «алкоголизм излечим — пьянство — нет» — шутки Довлатова запоминаешь сразу и на всю жизнь, а книги перечитываешь десятки раз. Они никогда не надоедают.

Сергей Довлатов — один из наиболее популярных и читаемых русских писателей конца XX — начала XXI века. Его повести, рассказы и записные книжки переведены на множество языков, экранизированы, изучаются в школе и вузах. «Заповедник», «Зона», «Иностранка», «Наши», «Чемодан» — эти и другие удивительно смешные и пронзительно печальные довлатовские вещи давно стали классикой. «Отморозил пальцы ног и уши головы», «выпил накануне — ощущение, как будто проглотил заячью шапку с ушами», «алкоголизм излечим — пьянство — нет» — шутки Довлатова запоминаешь сразу и на всю жизнь, а книги перечитываешь десятки раз. Они никогда не надоедают.

Художественная мысль Сергея Довлатова при видимой парадоксальности, обоснованной жизненным опытом, проста и благородна: рассказать, как странно живут люди — то печально смеясь, то смешно печалясь. В его книгах нет праведников, потому что нет в них и злодеев. Писатель знает: и рай, и ад — внутри нас самих. В России Довлатов — один из самых устойчиво читаемых авторов. Его проза инсценирована, экранизирована, изучается в школе и вузах, переведена на основные европейские и японский языки.

«Соло на ундервуде» и «Соло на IBM» — основа основ довлатовского творчества. Собрание смешных и грустных фраз, ситуаций, образов, в разное время увиденных, услышанных, отмеченных писателем. Читая эту книгу, вы входите в мастерскую Довлатова. И этим, возможно, она ценней иных, самых известных его произведений.

Довлатовская «Зона» — это четырнадцать эпизодов из жизни зэков и их надзирателей, истории сосуществования людей за колючей проволокой, рассказанные просто и с отрезвляющим юмором, за которым совершенно ясно можно расслышать: «Ад — это мы сами».

Книга Сергея Довлатова — событие для ценителей творчества одного из самых любимых и популярных в России писателей, событие в мире литературы и журналистики. Впервые публикуются произведения, неизвестные нашему читателю, созданные в период, который сам Довлатов называл «лучшими днями моей жизни».

Эта книга многомерна, многопространственна, многовекторна, как сама жизнь. Но ведь «искусство — в том зазоре, который остается между реальностью и словесностью. Это почти правда, но лучше правды — не потому, что глубже, тоньше, выше (здесь с жизнью не тягаться никакой литературе), а потому, что красивее» (Я.